Франс Халс (Frans Hals, 1581/85-1666) был старшим из великих представителей голланд­ской школы

Бюргеры, которые были отныне основными потребите­лями искусства, отличались трезвостью мысли и конкрет­ностью устремлений. В работе художника, как и во всякой другой работе, они ценили добротность исполнения, а в искусстве хотели видеть, прежде всего, самих себя и своих домочадцев, свой быт, свои вещи, облик голландских го­родов, родную природу. Их желания находили отклик у живописцев. По существу, живопись стала средством самоутверждения нации.

В отличие от Халса, который, подобно утрехтским караваджистам, тяготел к крупной форме, живописцы его кру­га писали небольшого размера тщательно отделанные кар­тины. Это были главным образом сценки из жизни крес­тьян, военных, рядовых бюргеров, персонажи которых изображены в интерьерах (реже — под открытым небом), в тесной связи с окружающей их жизненной средой. Тако­го рода произведения создавали младший брат Франса Халса Дирк Халс. Ян Минзе Моленар и его жена Юдит Лейстер. К ним примыкали амстердамцы Питер Кодде и Биллем Дейстер. художник из Делфта Антони Паламедес. утрехт­ский жанрист Якоб Дюк и другие. В этой среде сформиро­вался и наиболее значительный представитель ранней бытовой живописи Адриан ван Остаде. испытавший в годы ученичества у Халса сильное влияние своего стар­шего товарища по мастерской, фламандца Адриана Браувера .

С юных лет Адриан ван Остаде (Adriaen Jansz van Ostade, 1610 -1685) посвятил себя крестьянскому жан­ру, став его основоположником в голландской школе «зо­лотого века» и сохранив верность ему на всех этапах свое­го долгого творческого пути. В то же время его искусство претерпело с годами заметную эволюцию, отразив не только возросшее мастерство художника, но и существен­ные изменения во вкусах голландского общества середи­ны века. Ранние произведения Остаде рисуют жизнь дере­венской бедноты в подчеркнуто неприглядном виде. Уродливость его персонажей граничит с гротеском. При­митивность их сознания отражается в действиях, которые ограничиваются карточной игрой, пьянками и драками. В этих картинах есть известная нарочитость, оттенок эпа­тажа. Сознательное «снижение» жанра было явлением, характерным для голландской школы, особенно на этапе ее формирования, когда она пыталась противопоставить себя другим художественным школам Европы. Достигнув к концу 1640-х творческой зрелости, Остаде обретает но­вый, более позитивный взгляд на своих героев и выступа­ет уже как бытописатель в самом точном смысле этого слова. Он умеет неторопливо и обстоятельно рассказать о жизненном укладе крестьян, не упустив ни одной дета­ли, подробно изобразив их манеры, костюмы, устройство жилища, нехитрый домашний скарб.