• А. С. Пушкин и спорт

    Это интересно: к урокам и внеклассным мероприятиям

    А. С. Пушкин и спорт

    «И чудную поведал он мне тайну»

    Опрятней модного паркета,

    Блистает речка, льдом одета.

    Мальчишек радостный народ

    Коньками звучно режет лёд…

    Если Александр Сергеевич написал так про катание на коньках, то умел ли он сам кататься? И вот первая находка. У Петра Андреевича Вяземского есть запись от 1830 года: «Пушкин навестил нас в Остафьево. Я живо помню, как во время семейного вечернего чая он расхаживал по комнате не то плавая, не то как бы катаясь на коньках…» Последнее словосочетание означает «имитировал движения конькобежца». В «Записках о Пушкине» друга-лицеиста Пущина, имеются такие строки: «Зимой для развлечения ездили на нескольких тройках за город, завтракать или пить чай в праздничные дни: в саду, на пруде. Катались с горы на коньках…» Такие увеселения устраивал для своих питомцев директор Лицея.

    Существует гипотеза, что коньки ввёз в Россию из Голландии Петр I. Именно голландские историки утверждали, будто Петр впервые приказал приклепать коньки к обуви. Вряд ли об этом факте не знал Пушкин, собирая «Материалы для Истории Петра Великого». Впрочем, есть сведения, что коньки были на Руси задолго до петровской эпохи. Кстати, об истории самого слова «коньки». Передняя часть деревянных коньков, на которых резвились древние славяне на замерзших водоемах, издревле украшалась конской головой. Отсюда и название.

    Итак, Пушкин, скорее всего, всё-таки умел кататься на коньках, иначе бы он не написал так точно:

    Как весело, обув железом острым ноги,

    Скользить по зеркалу стоячих ровных рек…

    Там же, в Лицее, Пушкин обучился и верховой езде, посещая два раза в неделю гусарский манеж. И любовь к верховой езде останется на всю жизнь. В октябре 1824 года он сообщает Вяземской из Тригорского: «Все время, что я не в постели, я провожу верхом в полях». Ставил даже своеобразные рекорды. «500 верст обыкновенно проезжаю в 48 часов», — гордо сообщает он из Москвы в Болдино.

    Ещё одна забава поэта — пешие прогулки (30 верст пройти ему нипочем), и не просто, а с железной палкой, весом почти в три килограмма. В псковской ссылке, по свидетельству кучера Петра Панферова, Пушкин так тренировал силу рук: «Палка у него всегда железная в руках. Девять фунтов весу: уйдет в поля, палку вверх бросает, ловит её на лету, словно тамбур-мажор».

    Алексей Вульф рассказывает о страсти Пушкина к стрельбе из пистолета: «…Пушкин вместе со мной сажал пули в звезду над нашими воротами…» М. Цявловский, биограф Пушкина, рассказывая о примерном распорядке дня поэта в Михайловском, писал: «…из пистолета в погребе выпускает до ста зарядов в утро».

    Современники вспоминают, что Пушкин зимой принимал ледяные ванны, знал толк в бильярде и в такой «гимнастике ума», как шахматы (кстати, в шахматы у него будет играть Ленский). О своем физическом совершенстве Александр Сергеевич заботился непрестанно.

    «Физическая организация молодого Пушкина, — писал П. Анненков, — крепкая, мускулистая и гибкая, была развита гимнастическими упражнениями. Он славился как неутомимых ходок пешком, страстный охотник до купания, до езды верхом и отлично дрался на эспадронах». Чем не идеал для подражания юношам, думающим, жизнь начать с кого.